Мать и Риши Чампаклал рассказывает

 

Мать и Риши

 

Чампаклал: «Мать, ты говоришь, что я твой ребенок, и что я был им также и в своем предыдущем рождении. Но у меня есть твердое чувство, что я был ребенком Риши».

Мать: «Откуда ты знаешь, что я не была Риши?»

Дарование глаз

 
            1966

            Я сказал Матери, что хотел бы даровать один из своих глаз тому, кто в этом нуждается. Если Мать не одобрит дарование одного глаза, тогда я мог бы даровать оба глаза после своей смерти.

            Мать: «Нет, нет, нет. Твои глаза принадлежат мне. Твои глаза принадлежат мне. Это враждебная идея. Я совершенно не одобряю дарование глаз».

 

Превосходно

 

            Однажды, увидев два моих рисунка, Мать повернулась к Павитре и воскликнула: «Превосходно, превосходно! Эти работы намного более интересные, чем современное искусство. У них есть нечто... им есть, что сказать. Они намного, намного лучше, чем другие».

 

Самый большой ребенок

 
            16.12.1966

            Этот день считался днем рождения «Домов» - студенческого общежития нашей Школы. Все дети из «Домов» приходили на Пранам. Когда они ушли, Мать посмотрела на меня, улыбнулась и сказала: «Самый большой ребенок из всех». И она похлопала меня.

 

Оценка красоты

 

            Мать никогда не пропускала ничего прекрасного и выражала свою высокую оценку. Это могла быть просто обёрточная бумага, но если она была красивой, Мать всегда это замечала.

            Ты знаешь, как Силлуу, сестра Соли Алблесса[1], обычно приносила множество вещей, завернутых в прекрасную бумагу и элегантно уложенных. Это были образцы вещей, проданных в её бутике. Мать всегда была очень счастлива видеть их; достаточно часто Она оценивала обертку даже более, чем саму вещь в ней!

            Я всегда стоял рядом с Ней, с удовольствием наблюдая. Однажды, увидев моё выражение лица, Мать сказала Силлуу: «Ты знаешь, что Чампаклал любит бумагу также сильно, как и я».

            Пара из Германии, Экхард и его жена, тоже приносили вещи, которые были прекрасно упакованы, и это было большим удовольствием видеть радость Матери.

            Ничто не могло избежать её оценки. Так же было и с письмами - Она отмечала подчерк, размер букв, направление линий, изящество подписи и так далее, комментируя увиденное с выразительными жестами. Иногда это звучало так: «Очень аккуратный человек; опрятный человек!» Иногда Она брала обратно письмо, говоря: «Дай посмотреть, дай посмотреть», и затем отмечала: «Заносчивый... раздутый» или «Запутанный ум» или «Беспорядочная природа» и так далее.

---

[1] Садхак-архитектор, который построил комнату Матери на втором этаже в 1953 году.

---

---